fr. Sergy Lepin, D.D. (serge_le) wrote,
fr. Sergy Lepin, D.D.
serge_le

Categories:

Только Христос

Как вы думаете, какая заповедь (и вытекающая из нее обязанность) для христианина самая главная? Казалось бы, что тут гадать, если в Евангелии мы находим прекрасный ответ на этот вопрос:

  • «Учитель! какая наибольшая заповедь в законе? Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки (Мф.22:36-41)».

Но некоторые христиане решили не согласиться со Христом...

требник1.jpg

Главенствующая Церковью каких-то туманных островов английская королева нервно курит в сторонке... Да и Папа Римский, ныне дерзающий лишь подправить перевод «Отче наш», весь обзавидовался безграничным возможностям авторов заглавия брошюры...

Но давайте будем серьезными!
Уже добрых несколько столетий мы осуждаем «протестантскую модель» церковного устройства, в которой короли являются главой государственной Церкви: например, английская королева – глава Англиканской Церкви. Шведский король – Церкви Швеции.
Но так уж повелось, что критиковать заблуждения мы можем только на примере протестантов или католиков (на себе не показывают?). В то время как не так сложно доказать, что на самом деле такая «протестантская модель» – совсем не протестантская, а наша, существовавшая у нас со времен Юстиниана I (а то и еще раньше!) вплоть до уничтожения Византии.

Имела место быть она и на Руси. Упразднение патриаршества в России и создание «синодальной» системы – стопроцентно, результат влияния на Петра Первого всяких там голландских моряков. Но это было не просто тупое заимствование, а желание (пусть и под соответствующим западным влиянием) привести церковно-государственные дела не только к желаемому, но и, якобы, к… правильному виду с позиций самой веры. Парадоксально, но модернисты и обновленцы, как правило, ратуют  за восстановление именно чего-то старого, забытого, оставленного в далеком прошлом.

Небезызвестный арх.Феофан Прокопович посредством отсылов к истории и Преданию Церкви объяснил, почему император является именно понтификом – епископом над всеми епископами. Для этого он написал целую книгу под длинным названием: «Розыск историческии, коих ради вин, и в яковом разуме были и нарицалися императоры римстии, как язычестии, так и християнстии, понтифексами или архиереами многобожнаго закона; а в законе христианстем, христианстии государи, могут ли нарещися епископи и архиереи, и в каком разуме» (1721).
Эта мысль оказалась востребованной не только Петром. В Акте о престолонаследии Павла I 1797 года содержится такое прямое утверждение: «Государи Российские суть Главою Церкви». В Основных законах Российской империи это положение комментировалось так: «Император яко Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и блюститель правоверия и всякого в Церкви Святой благочиния. (…) В сем смысле Император в акте о наследии престола именуется Главою Церкви». Если Вас это объяснение устраивает, то имейте ввиду, что именно в таком ключе понимают власть монархов и протестанты: только «надзор» и «забота» о существовании Церкви и никакого священнодействия.

«Государственная уставная грамота Российской империи» (1819) ясно определяет позицию российского императора по отношению к Церкви: «Как верховной глава Греко-Российской Церкви, государь возводит во все достоинства духовной иерархии». А Свод законов РИ гласит: «В управлении церковном самодержавная власть действует посредством Святейшего Правительствующего Синода, ею учрежденного». Один из авторитетнейших толкователей законов своегомвремени А.Д.Градовский скажет: «Синод есть государственное церковное установление, заимствующее свою власть от монарха и действущее его именем».
Н.Н.Суворов замечает но нашей теме следующее: «В качестве христианского государя он (император) есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры, блюститель правоверия и всякого в Церкви святой благочиния. Блюстительство логически немыслимо без принятия мер на пользу правоверия и благочиния, т. е. без правительственной власти» [в Церкви]. Так как «Духовный регламент», а позднее также Основные законы 1832 г. устанавливали подчинение Святейшего Синода (как высшего церковного управления) императорской власти, то все законы, касающиеся церковного управления, по заключению Суворова, «суть законы государственные, а не церковные».

Кстати, недавно поминавшийся нами свт. Филарет Дроздов отважно пытался клин цезарепапизма подкорретировать клином папоцезаризма. Деликатно соглашаясь с тем, что крокодилы таки летают, он сделал важное уточнение: они летают очень-очень низко. На вопрос о том, чья власть от чьей происходит Он предлагал такой ответ, из которого следовало, что светская власть является производной от церковной: «Государь всю законность свою получает от церковного помазания... Государь, помазанный на царство, становится естественным и природным защитником Церкви... Бог, по образу Своего небесного Единоначалия, устроил на земле царя; по образу Своего Вседержительства — царя самодержавного»... Цезарепапизм после 1906 года нашел много своих критиков, но это вряд ли могло сыграть существенную роль в восприятии проблемы, поскольку актуальность цезарепапизма угасала по мере деконструкции института самодерджавия. Пинать полумертвого льва – невеликая ловкость.

После 1917 года, в свете известных отрезвляющих событий, наименование главы Церкви применяется в Русской Церкви только, ТОЛЬКО ко Христу, а все правовые и догматические определения роли земных владык как главы Церкви признаны результатом влияния протестантизма и несоответствующим православной экклесиологии рудиментом петровского чудачества. De facto – это признание того, что, как минимум, синодальную эпоху мы провели в ереси или же в потворстве таковой. Но.

У идеи императорской власти в Церкви находилось и находится множество апологетов даже тогда, когда институт монархии в России был упразднен. Профессор Е.П.Казанский, являясь несомненным цезарепапистом, писал: «Император – не посторонняя православной Церкви государственная власть, но именно глава Церкви… По наиболее распространенному воззрению, Государь Император наследует в этом отношении власть византийских императоров». Т.е., дело не в протестантском влиянии. Наш современник прот. Валентин Асмус на достаточно качественном материале показывает, что императоры и Византийскую эпоху обладали исключительной властью в Церкви. Однако меня удручает оценка этих фактов столь уважаемым мной автором: он считает, что цезарепапизм – это отнюдь не уклонение от православной экклесиологии, а, напротив, следование оной.

Да, уже Евсевий Кесарийский приводит слова, якобы принадлежавшие императору Константину о том, что он есть «поставленный от Бога епископ дел внешних». Если вы думаете, что «симфония» – это реальное разделение светской и духовной власти, то забудьте! Такого никогда не было даже в теории! Никто из императоров и не помышлял о своей власти, как о светской, на равных противостоящей иного рода власти. Две власти были нераздельными как на Востоке, так и на Западе. По сути, власть была одна, и эта власть, оставляя за собой право последней печати, просто диктовала распределение полномочий в обществе. По справедливому замечанию Дж. Бьюри, «в обоих случаях церковь и государство нераздельны, но на Западе церковь есть государство, тогда как на Востоке церковь есть департамент, которым управляет император», где «константинопольский патриарх был его министром по делам религии, который при соблюдении формальной выборности на самом деле назначался им».
Первые попытки разделить светскую и духовную власть по их существу предпринимаются именно Римом, но не иначе, как для того, чтобы позже подчинить светскую власть духовной. Как говорится, если ты не можешь положить конец какому-нибудь безобразию, то безобразие нужно просто возглавить: сначала падение Рима, потом огромное количество уничтожающих друг друга государств на территориии Римской Церкви – все это актуализировало именно такую повестку дня, такой соблазн церковной жизни.
Среди латинян восторжествовал принцип «Церковь выше государства» (она одна, а государств много), а у греков Церковь стала частью государства, казавшимся несокрушимым и вечным настолько, что падение его осмыслялось в категориях конца света (и это уже во времена свт. Иоанна Златоуста: в IV веке!). Такое высказывание как «Церковь и государство пребывают в отношениях Х» в византийских реалиях было таким же нелепым, как и выражение «Государство и МВД находятся в отношениях Y».
А потом пришли турки... Они всегда приходили и приходят в таких случаях – рано или поздно, под тем или иным названием.

Увы, всё свалить на протестантов и Синодальную эпоху у нас не получится. Если нам хватило духа признать ошибки Синодальной эпохи, то нам должно хватить силы и на большее. Как, например, условия для отмены рабства, сложились в реальности христианских государств не сразу, так и вопрос о подлинной симфонии, заключающейся в истинном разделении властей и их реальном соработничестве на равных, нами может быть поставлен только сейчас. Но может ли он быть сейчас решен ? Об этом - позже.

Tags: кунсткамера, логотея, политика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Несмотря ни на что

    Сегодня день памяти св. мученицы Пелагии Антиохийской. Дева Пелагия жила во времена гонений, организованных императором Нумерианом, правившим в…

  • Вечный покой!

    Отец Дмитрий Смирнов преставился. Царство ему Небесное! О этом батюшке было сказано и еще скажут много хороших слов – есть за что, слава Богу!…

  • Deus Magnus

    Мой собрат из Гомеля – отец Алексей Митрофанов – видит в гимне «Магутны Божа» сходство с маршем РОА «Мы идём широкими…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments