fr. Sergy Lepin, D.D. (serge_le) wrote,
fr. Sergy Lepin, D.D.
serge_le

Category:

Синяя и красная таблетка

Друзья, может, я вам и надоел уже. Но вот я опять поотвечал на вопросы всякие. Мои ответы на одни вопросы противопоставляются ответам атеиста на другие вопросы (в общем, все как обычно на Онлайнере) и в конце предлагается проголосовать.
Это здесь: http://dengi.onliner.by/2013/06/19/eksp-2

Если вам лень ходить по ссылкам, то мои (только мои) ответы под катом

— Почему, на ваш взгляд, в последнее время стали набирать популярность различные атеистические и антирелигиозные движения?

— Я, видимо, что-то пропустил. Какие движения имеются в виду? Я не знаю ни одного. Я отвечу на вопрос, предположив, что речь идет о популярности каких-то групп в социальных сетях или о неких антиклерикальных настроениях в обществе.

Во-первых, с увеличением влияния церкви в обществе непременно растет и противодействие этому влиянию. Здесь почти как в физике. Притом деятельность церкви и противодействие оной некоторых групп меньше всего направлены на уравновешивание, поскольку «приложены к разным телам», то есть, как мне кажется, существуют в параллельных мирах, где каждый говорит о своем. Это с объективной стороны.

Если говорить о субъективной, то с увеличением числа верующих людей либо с увеличением количества действий, совершаемыми верующими, увеличивается и вероятность «ошибки» или того, что может быть принято за таковую. То есть у наших оппонентов, ищущих повода, появляется больше предлогов для того, чтобы критиковать нас. И эта критика иногда бывает заслуженной.

Но, опять же, какая связь между атеистами и чьими-то ошибками? Если бы мы были безупречны, то разве атеистов бы не было? Как правило, именно новости о том или ином грехе верующего становятся своеобразной медиапровокацией, которая и определяет «рост популярности» атеистических настроений. Замечу, что далеко не всегда мы можем говорить о возросшей популярности (количестве) антирелигиозности — чаще, на мой взгляд, речь идет о возросшей интенсивности (качестве) выражения недовольства, достигаемого посредством различных PR-технологий и тех возможностей, которые предлагают современные средства коммуникации.

Но верующих меньше не становится. Поэтому все же не так все плохо, как кому-то хочется, а с другой стороны… все значительно хуже. «Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лк. 18:8). Сам Христос предупреждает нас о том, что будущее человечества сопряжено, помимо прочего, с охлаждением веры и отступничеством.

— Насколько тяжело или, наоборот, легко быть верующим человеком в нашем обществе? На первый взгляд, все просто: соблюдай обряды и регулярно посещай церковь.

— Соблюдать обряды и регулярно посещать церковь — это просто для тех, кто этого не пробовал. Даже внешняя праведность требует усилий, а в наше время — усилий огромных. С другой стороны, внешнее — это форма, которая обретает смысл в своей соотнесенности с внутренним содержанием. И борьба за внутреннее содержание — самое сложное.

Религия ставит перед людьми определенные цели, для достижения которых одних лишь человеческих сил недостаточно. То есть по умолчанию речь идет о чем-то непростом — притом, судя по всему, с течением времени сложность задачи только повышается: заповеди те же, а обстоятельства меняются.

Христианство меньше всего подходит для того, чтобы стать опорой для ложных иллюзий о благоденствии и преуспевании. «Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф. 16:24). Следовать куда? На Голгофу! В Писании говорится о необходимости «умереть со Христом» для греха и восстать вместе с ним для жизни вечной. «Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2Тим. 3.12). «Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас» (Ин. 15:20). Христос учит нас о терпении и преодолении невзгод не «откуда-то свысока» — он сам оказывается в самом эпицентре страдания и несчастий. Не легкую безмятежную жизнь, а гонения, не избавление от страданий, а возможность наделить свои страдания смыслом — вот что обещает Христос.

Другое дело, что религия, определенным образом мотивируя и воодушевляя своих последователей, является средством компенсации и адаптации к существованию в этом жестоком мире. Формально Маркс был прав: религия — это «вздох угнетенного творения, сердце бессердечного мира», она — «опиум для народа». Опиум — в смысле анестетик, обезболивающее средство. Религия — это не только «крест», но и неземная отрада, без которой многое бы перестало иметь смысл в принципе.

— Атеисты считают, что вера нужна человеку, психологически не выросшему из детско-подросткового периода. Таким образом он уходит от принятия на себя ответственности за свою жизнь и свои поступки. Так ли это, на ваш взгляд? Зачем современному человеку нужна вера?

— Вообще, говорить огульно, для чего нужна религия применительно ко всем верующим сразу, — вот где настоящий инфантилизм! С таким же успехом мы можем говорить об атеизме как о затянувшемся детском периоде «я сам». На самом деле все очень по-разному: и потребности в религии разные, мягко скажем, да и атеисты думают разное.

Откуда выводятся утверждения об уходе верующих от ответственности, мне совершенно непонятно, ибо вера по своей сути есть приятие ответственности не только за поступки, но и за каждое праздное слово и даже помысел. Не только за себя, но и за ближних, для которых твои действия послужили соблазном. И ответственность эта, наступив здесь, простирается в вечность!

— Современная наука не стои́т на месте, и происходит все больше открытий, объясняющих вселенную и мироустройство. Остается ли при этом в нашей вселенной место для бога и божественных чудес?

— Если для человека религия представляет собой только средство, с помощью которого заделывают бреши в научных теориях, то потребность в религии у него действительно может отпадать — да и то если предположить, что он останавливается на определенном уровне своего научного поиска. Одна решенная научная проблема порождает две нерешенных, и, стало быть, возможностей для злоупотребления концепцией «бога для дыр» становится только больше.

Но на самом деле религия — совершенно другое. Религия — от латинского religare — восстановление связи. Кого с кем? Человека с Богом. У меня нет оснований полагать, что наука делает это лучше, чем религия. Лично для меня, например, открытие бозона Хиггса нисколько не поспособствовало реализации моей возможности единения со Христом. Но, тем не менее, научные открытия могут быть и источником глубоких религиозных переживаний, о чем, собственно, и свидетельствуют высказывания многих ученых.
Tags: вопрос-ответ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments