fr. Sergy Lepin, D.D. (serge_le) wrote,
fr. Sergy Lepin, D.D.
serge_le

Categories:

Казнить нельзя помиловать

http://pda.sb.by/post/115990/
по гоячим следам этой беседы, но более подробно и обширно:
http://sobor.by/page/Hristiansko_nravstvennoe_vliyanie_vospitivaet_v_soznanii_lyudey_otritsatelnoe_otnoshenie_k_smertnoy_kazni___protoierey_Sergey_Lepin

текст с поправками и дополнениями:

Смертная казнь — одна из тех кар, которые предусматривались Ветхим Заветом за наиболее тяжкие преступления. Ветхий Завет — источник не только веро- и нравоучения, но и письменный памятник древней правовой системы, содержащий в себе целый ряд норм, которые сегодня мы относим к уголовному праву, но никак не к церковному. Этот факт является следствием особенности исторических обстоятельств, в которых древние иудеи получили Откровение Божие. Ветхозаветные законы, несмотря на то, что в своих основах были явлены сверхъестественным образом, носили на себе отпечатки общей правовой культуры своего времени и развивались в условиях естественной истории человечества. В свою эпоху Ветхий Завет, как источник права, наилучшим образом соответствовал таким базовым идеям справедливости, как возмездие и соразмерность, что, среди прочего, выражалось всем известным принципом «око за око и зуб за зуб» (Лев. 24: 20). Из этого принципа легко выводилось и следующее положение: «Кто ударит человека так, что он умрет, да будет предан смерти» (Исх. 21: 12). Кроме тяжких преступлений против жизни и здоровья человека, Ветхий Завет устанавливал смертную казнь и за ряд нравственных и религиозных преступлений.
В Новом Завете мы имеем несколько иную ситуацию. Священное Писание содержит места, в которых Христос, как нам может показаться, препятствует совершению правосудия. Например, история о блуднице, в которой Господь заступается за женщину, которая по нормам иудейского права должна была быть казнена через побиение камнями. Но Иисус говорит: «Кто из вас без греха, пусть первый бросит в нее камень» (Ин. 8: 7) и тем самым, как мы помним, спасает ее от смерти.
Христос говорит также: «Вы слышали, что сказано «око за око и зуб за зуб». А Я говорю вам: не противься злому» (Мф. 5: 38-39) и «любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас» (Мф. 5: 44). И апостол Павел говорит: «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь» (Рим. 12: 19).
Однако это ни в коем случае нельзя понимать как отказ от правосудия вообще и от института суда в частности. Это нужно понимать в том смысле, что в Новом Завете уголовное право перестает быть частью религиозного закона, теряет свое абсолютное значение и переходит в ведение светских властей конкретной исторической эпохи. Всё, что осуждает Ветхий Завет как зло, остается злом и в Новом Завете, но вид и мера возмездия за это зло более не определяется Божественным правом. Наличие светской власти, которая может покарать за зло — факт, который в Новом Завете принимается в качестве естественного предостережения: «[начальник] есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое» (Рим. 13: 4). А это значит, что уголовное право становится относительным и может изменяться из соображений его совершенствования и адекватности общественным ценностям.
Нигде смертная казнь не осуждается Писанием однозначно и не отменяется — так же как и, например, рабство. Однако в целом Евангелие, преображая сердца своих последователей, подготовило почву для сомнения в их целесообразности и допустимости.
Влияние христианства на вопрос о смертной казни можно рассмотреть на примере Руси достаточно наглядно.
Известно, что князь Владимир, приняв христианство, изначально отказывался судить даже, как говорит летопись, «ведомых лихих людей», то есть злостных убийц-рецидивистов. «Греха боюсь», — так мотивировал князь Владимир свою позицию. Именно церковные иерархи, видя, как страна погружается в хаос, настояли на том, чтобы князь взял в руки меч правосудия и властью, данной ему, повлиял на эту ситуацию.
В 1072 году три сына Ярослава Мудрого составили в Киеве кодекс законов «Русская Правда», который не предусматривал смертной казни. Влияние «Русской Правды» сохранялось почти четыреста лет. На землях Великого Княжества Литовского действовали различные «привилеи», которые обеспечивали «добровольные христианские права», укоренённые на старорусском праве, основных положениях «Русской Правды» и византийских нормах. Смертные приговоры выносились, но в виде исключения.
В истории Русских земель смертная казнь впервые законодательно была закреплена лишь в 1398 году Двинской уставной грамотой, которая юридически оформляла вхождение Двинской земли в Московское княжество. Были и другие документы — Псковская Ссудная грамота, Судебник Ивана III, Судебник Ивана IV и так далее. Постепенно список статей, предусматривавших смертное наказание, увеличивался, что связано, на мой гляд, с секулярными тенденциями в развитии права и ростом общественных противоречий.
Если по Соборному уложению 1649 года смертной казнью каралось около 60 преступлений, то только по Воинскому артикулу Петра I смертная казнь предписывалась в 123 случаях.
Аналогичная тенденция прослеживается и в истории права Великого Княжества Литовского: по Первому Статуту смертная казнь предусматривалась в 20, по Второму — в 60, по Третьему — уже в 100 случаях!
Императрица Елизавета Петровна, понимая бессмысленность жестокости своих монарших предшественников, а также осознавая необходимость возврата к евангельскому милосердию, вводит ограничение на применение смертной казни. Число смертных приговоров начинает резко сокращаться. С 1741 по 1905 год в Российской империи смертная казнь опять становится редким исключением.
Сегодня мы можем сказать, что на протяжении всей истории Церкви высказывались различные мнения: одни церковные писатели являлись противниками смертной казни (например, Лактанций), другие — её сторонниками (например, преподобный Иосиф Волоцкий). В вопросах принятия или непринятия подобной меры наказания православные разделялись так же, как разделяется и все общество в этом вопросе: одни за, другие против. Сегодня среди богословов так же нет единого мнения, которое бы доказывало несовместимость смертной казни со Священным Писанием или же, напротив, необходимость смертной казни с точки зрения Священного Писания.
Несмотря на разность частных мнений, к настоящему времени Русская Православная Церковь в лице Архиерейского Собора, состоявшемся в 2000 году, выработала документ, который представляет официальную позицию по данному вопросу. В частности, в 3-м пункте 9-го параграфа Основ социальной концепции Русской Православной Церкви говорится следующее: «Церковь часто принимала на себя долг печалования перед светской властью об осужденных на казнь, прося для них милости и смягчения наказания. Более того, христианское нравственное влияние воспитало в сознании людей отрицательное отношение к смертной казни… Для православного сознания жизнь человека не кончается с телесной смертью — именно поэтому Церковь не оставляет душепопечения о приговоренных к высшей мере наказания. Отмена смертной казни дает больше возможностей для пастырской работы с оступившимся и для его собственного покаяния. К тому же очевидно, что наказание смертью не может иметь должного воспитательного значения, делает непоправимой судебную ошибку, вызывает неоднозначные чувства в народе. Сегодня многие государства отменили смертную казнь по закону или не осуществляют ее на практике. Помня, что милосердие к падшему человеку всегда предпочтительнее мести, Церковь приветствует такие шаги государственных властей. Вместе с тем она признает, что вопрос об отмене или неприменении смертной казни должен решаться обществом свободно, с учетом состояния в нем преступности, правоохранительной и судебной систем, а наипаче соображений охраны жизни благонамеренных членов общества».
Tags: из жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments