После всего

Медиевисты говорят, что после всех эпидемий, войн и голода у средневекового обывателя сформировалась «психология выживших»: каждый потерял своих близких и каждый насмотрелся на преждевременную смерть окружающих и часто - в самых ужасных ее видах...
Надеюсь, что в ближайшее время до такой смертности не дойдет, но ведь благодаря СМИ каждая отдельная смерть переживается как-то "размноженно" и многократно. Сформируется ли у нас психология недоумерших? Произойдет ли привыкание и купирование уровня эмпатических переживаний? Привычка к печальным новостям и оптимистическим прогнозам?

Вот все чаще замечаю в прессе рассуждения о том, будет ли мир прежним после всего… Не-а, не будет. Он на самом деле не был прежним и до. Так что все норм, братья и сестры. Все норм.
Только вот реально бы это... как-нибудь дотянуть до Пасхи. А там фиг с ним со всем – прежним и нет. Пасха – это ведь тоже после всего.
Или она прежде всего?..
Я запутался, короче.

Вера и дела

«Один из народа сказал в ответ: Учитель! я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым: где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими, и цепенеет. Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли. Отвечая ему, Иисус сказал: о, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? Приведите его ко Мне. И привели его к Нему. Как скоро [бесноватый] увидел Его, дух сотряс его; он упал на землю и валялся, испуская пену. И спросил [Иисус] отца его: как давно это сделалось с ним? Он сказал: с детства; и многократно [дух] бросал его и в огонь и в воду, чтобы погубить его; но, если что можешь, сжалься над нами и помоги нам. Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, все возможно верующему. И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию. Иисус, видя, что сбегается народ, запретил духу нечистому, сказав ему: дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него. И, вскрикнув и сильно сотрясши его, вышел; и он сделался, как мертвый, так что многие говорили, что он умер. Но Иисус, взяв его за руку, поднял его; и он встал. И как вошел [Иисус] в дом, ученики Его спрашивали Его наедине: почему мы не могли изгнать его? И сказал им: сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста». (Мк.9:17-20)

«О, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас?». Эпитет «род неверный» у евангелиста Матфея вообще представлен предельно грубым аналогом “род лукавый и прелюбодейный” (Мф.12:39, Мф.16:4). Это о-о-очень грубо! Если бы Господь выражался не на арамейском, а на русском, и Его слова передал бы не евангелист Марк, а журналист Потапов, то, кажется мне, его фрагмент зазвучал бы немножко по-другому – и даже не факт, что из-за искажения при передаче.
Я сегодня хочу заострить внимание на проблеме адресата этих слов: к кому обращается Господь с этой гневной фразой, кто ее заслужил?
Если суммировать толкования святых и не очень святых отцов, то… виноваты все.

Как это ни странно, виноват и сам отец ребенка. Формально он заботится о своем чаде: безрезультатно обходит всех апостолов и, возможно, не только их – а вдруг поможет? Он много суетится, все вокруг ему, как и среднестатистическому белорусу, должны, но никто не оправдал его ожиданий. В его обращении к Иисусу, скорее всего, содержалось выражение жалобы и разочарования. Его слова – не просто просьба, но и вопрос типа: «Ну, а тебе тоже слабо исцелить моего сына?». Из дальнейшего развития диалога становится понятным, что у родителя большие проблемы с личной верой, что тот вынуждено признает и со слезами покаяния просит для себя умножения необходимой веры.

Виноваты и апостолы. «И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь» и сказал им: «Больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили, даром давайте» (см.: Мф.10:1-8). Апостолы так и делали и, видимо, очень радовались тому, что духи повинуются им (см.: Лк.10:20). Но вдруг происходит глобальный упс, причем едва ли не со всеми апостолами: они не смогли. Сначала ученикам стыдно было перед толпой. Представьте себя на их месте: люди собираются, вы такие со всей серьезностью подходите к одержимому, напрягаетесь и… все вокруг смеются. А теперь апостолам стыдно перед Господом, обличения Которого они с полным правом имели отнести к себе… Я уже как-то отмечал в своей проповеди на этот фрагмент Писания: Господь дал ученикам залог благодати, об умножении которого они должны были иметь собственное попечение. У новичков всегда имеется бонус. Однако нельзя только тратить и полагаться только на полученное право и власть – нужно иметь заботу о внутреннем росте и соответствии. Господь не говорит, что ученикам не хватило веры – Он им напомнил, что только ее недостаточно. «И бесы веруют, и трепещут» (Иак. 2:19), а «Вера без дел мертва» (Иак.2:20). Молитва и пост – дела веры. Период защиты новичков окончен.

Виноват и весь народ израильский. И все мы. Зная евангельскую историю, трудно не удивиться тому, что Господь захотел нас спасти, а не уничтожить. Всех. «Да заколебали вы…». Огненный дождик и занавес... Но нет.

«Что [есть] человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?» (Пс.8:5).

Летают ли крокодилы?

Помните анекдот? Вместо эпиграфа, так сказать...
- Товарищ прапорщик! А аллигаторы летают?
- Конечно нет, это же крокодилы!
- А комдив говорил, что летают…
- Нет, ну они, понимаешь, конечно же, летают, но так низенько-низенько….

Это я - по поводу слов Патриарха о нехождении в церковь и моих предыдущих настаиваний на том, что нужно причащаться.
"Церковь призывает сегодня строго исполнять те обязательства, которые предлагаются сегодня санитарными властями России. Я призываю вас, мои дорогие, в ближайшие дни, пока не будет особого патриаршего благословления, воздержаться от посещения храмов", - сказал Святейший.
Я должен поправиться. В ближайшие дни нужно воздержаться! Стоит ограничить себя и воздержаться от посещения храмов в понедельник и вторник. В среду и четверг также посидите дома. И пятницу. Может быть даже в субботу! И в воскресение в храме нечего делать больше, чем пару часиков! И вообще мы, слава Богу, не в России живем, а приходы РПЦ и в Гондурасе есть... Узбагойтесь и ждите официальных разъяснений. Думаю, они появятся в ближайшее время.

А пока пара предварительных замечаний.
Эпидемии бывают разными. История знает примеры закрытия храмов во время эпидемий. Бывало, только звон колоколов напоминал о воскресных и праздничных днях, и еще сорванные голоса одиноких проповедников, которые бродили по пустым улицам, пропахшими запахом горелой человеческой плоти, и призывали всех к покаянию односложными повторяющимися фразами. Тогда амнистировали и выпускали злодеев из тюрем, если они соглашались работать в погребальных командах. Вот не знаю, выпускали ли из бана священников, если те соглашались разносить Святые Дары умирающим и хоронить их по традициям, но такое предложение выглядит логичным.
Закрытие храмов случалось только после того, как были запрещены все другие формы собраний, аналогичные по своему количеству и составу. Это – крайняя мера ограничений. Церковь – последнее, что должно закрыться в вашем городе...

Я не врач и не знаю, нужно ли против ковид-19 применять те же эпидемиологические социальные меры, что и против чумы. Я не знаю даже, отменен ли общественный транспорт в РФ, закрыты ли там непродовольственные универмаги, рынки, запрещены ли очереди в продовольственных магазинах, прекращена ли работа баров, ресторанов, кинотеатров, развлекательных центров… Я не могу сказать, насколько соразмерны «рекомендации» не посещать храмы с со всеми другими мерами текущего момента, но они явно приняты с учетом ситуации именно в России.
Возможен ли такой поворот в нашей стране? Если, как в Испании – не дай Бог! – на ледовых аренах закончится место для накопления трупов... То все возможно. Правда, в самой Испании службы продолжают совершаться…

И о преподобной матери нашей Марии Египетской. Я бы предложил, все же, сделать некоторые акценты в осмыслении ее жития. Во-первых, я бы сказал, что на протяжении своего многолетнего подвига в пустыне она не отказывалась от Евхаристии, а готовилась к ней. Во-вторых, нельзя рассматривать ее евхаристический опыт в отрыве от ее опыта целиком: ничего путного не выйдет, если неучастие в Евхаристии будет единственным моментом, в котором твоя жизнь и жизнь Марии окажутся подобными.
Нельзя, скажем, футболисту оправдывать свою игру рукой тем, что так играют гандболисты. Мария Египетская – так Мария Египетская! Назвался груздем, о мой читатель – полезай в кузов! В пустыню, друг, в пустыню!

А пока молитесь. Особенно сейчас, пока не запретили собираться больше двух.

Тело Христово приимите

Итак. За окном Беларусь и пандемия – может, и в самом деле сидеть дома и не ходить ни на какое Причастие? Ведь теоретические риски заражения всегда имеются – это должны признать даже те, кто исключает возможность инфицирования от евхаристической утвари: по дороге в храм, в очереди за свечкой, при пении в хоре и пр… И здесь я с радостью разочарую уже другую часть своих читателей. НА ПРИЧАСТИЕ ХОДИТЬ НУЖНО! И вот почему.

1. Это - заповедь самого Господа!
Давайте откроем Писание. Господь говорит: «Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира… Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, [так] и ядущий Меня жить будет Мною» (Ин.6:51-57). «Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дал им и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое. И, взяв чашу, благодарив, подал им: и пили из неё все. И сказал им: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая» (Мк. 14:22-24). «Сие творите в Мое воспоминание» (Лк.22:20) – или в ином переводе: «Это совершайте в память обо Мне» (Лк 22,19).

Что мы видим? Если мы хотим наследовать Жизнь Вечную (и иметь ее в себе уже ныне), мы призваны причащаться Тела и Крови – в исполнение всего того, чему учил Христос. И мы должны это не просто единожды совершить, а совершать. Нет оснований считать, что в эпохи эпидемий эти слова Христа отменяются. Напротив, в реальности именно эпидемии увеличивали и увеличивают потребность в Таинствах.
Если мы имеем хотя бы более-менее общие представления о Евхаристии, то для нас не может быть неясным, что Литургия – самый эпицентр духовной жизни христианина, определяющий для нас возможности единения с Богом и сопричастия Божественной Жизни. Т.е., это вопрос о действительности нашего religare, притом уже не вероятной, а необходимой: не ешь Плоти Сына Человеческого и не пьешь Его крови – в тебе нет Жизни и тебя нет в Ней, баста! Церкви нет без Евхаристии, а без Церкви нет спасения – если употреблять все слова без ограничений и в собственном смысле этого слова.
Разумеется, ситуативная невозможность причащения может быть извинительной, но таковой не может быть нежелание причащаться. И, конечно же, не факт, что мы должны причащаться каждый день, но это другая история.

2. Теперь давайте разберемся с рисками. Условно обычными.
Есть риск, что, выходя из дому, мы будем сбиты машиной (меня, кстати, сбила однажды: автобус во втором классе – думаете, чего я такой шибанутый?). Но, зная об этом риске, мы все равно идем на работу, свидание, прогулку… Почему? Потому что мы считаем этот риск приемлемым: мы оцениваем вероятность несчастья в свете намеченных целей и соглашаемся. Обычно мы ничего не предпринимаем, но если вдруг риски увеличиваются (гололед, темное время суток, гоночный чемпионат или танки на улицах вашего города, заговор рептилоидов, о котором вам стало известно), то мы стараемся подольше держаться от проезжей части, покупаем фликеры, ищем другие возможности достигнуть цели или… отказываемся от маршрута, если оно того не стоило и лучше посидеть дома.

Определенные страхи в определенных пределах – это нормально. Ненормально – это когда страх по какому-либо поводу овладевает человеком и нарушает качество его жизни. Но есть откровенно больные люди, которые, вопреки здравому смыслу, просто боятся выйди из дома – у них какая-нибудь агора- или амаксофобия. Им вы ничего не объясните, поскольку рациональные доводы неэффетивны против иррациональных состояний.
Есть люди, которые боятся причащаться. Стоит заметить, что ежели перед нами клинические мизофобы – то нужно или ремиссии ждать, или… искать варианты. Мы говорим о тех состяниях, для работы с которыми не нужно иметь диплома психотерапевта.
Смотрите. Врачи делают операции, на которые соглашаются или не соглашаются люди. У врача два варианта поддержать колеблющегося: объяснить, что операция не опасна, если она не опасна на самом деле, или, если она реально опасна, объяснить, почему отказ от операции более опасен, чем предполагаемые риски, почему «оно того стоит». Врач не имеет права врать об отсутствии рисков или просто не информировать о таковых, если они имеются, но должен проявлять мудрость при обсуждении их с пациентом, дабы не спровоцировать неоправданные отказы.
Так и с причастием. «Обычное причастие» в «обычное время» не исключает рисков вообще и в принципе, но имеет их сравнительно незначительными: ради них отказываться от причастия – это уже мизофобия или бытовое чистоплюйство.

  • «Сомнения относительно опасности переноса инфекции с причастием чрезвычайно устойчивы в массовом сознании, поэтому Центр по контролю и профилактике заболеваний США в 1998 году в American Journal of Infection Control опубликовал текст, обобщавший все известное на тот момент о возможностях подобной передачи: «Внутри ЦКПЗ есть консенсус, что теоретический риск передачи инфекционных заболеваний через причастие существует, но риск этот так мал, что его невозможно обнаружить». Никаких эмпирических данных о случаях передачи инфекций таким путем ЦКПЗ не имели, что подчеркивалось в материале. Его авторы отмечали, что результаты сравнения статистики инфекционных заболеваний по 681 причащающемуся не показали у них более высокой частоты инфекций, чем среди тех, кто в церковь не ходил. При этом другие работы, анализировавшие наличие разных видов микробов в чаше для причастия, не раз находили там потенциально опасные организмы».

Если речь не идет о совершении литургии в каком-нибудь лепрозории и в чумном отделении инфекционной больницы, то наиболее вероятная к переносу инфекция через чашу с причастием — вирусы, вызывающие простуду. 95% простуд вызываются вирусами, 5% — бактериями. Но почему обычно не происходит заражений в значимом количестве? Трудно сказать.
Свойствами спиртового раствора в чаше, а также составом самой чаши это объяснить не удалось. Если учесть, что у протестантов, не верующих в Преложение\Пресуществление Даров, заражения (не)происходят с такой же вероятностью, как и у верующих в указанное, то, по-видимому причина сего – естественная: вероятно, организмы, эволюционировавшие для передачи воздушно-капельным путем, не считают для себя «винно-хлебный» путь оптимальным. Проще, быстрее и вернее можно заразиться от контроллера в трамвае, или просто зайдя в пустой лифт, чем через Чашу, и поэтому литургической этиологией можно спокойно пренебречь.
Много лет назад мне встречался abstract статьи о причастии, в которой говорилось даже о большем: что те инфекции, в результате которых по тем или иным причинам не происходит заражения, напротив способствуют укреплению иммунитета и активизируют защитные свойства организма.

Ахтунг! Подобные отвлечения в медицину, конечно же, в богословских теориях мы можем использовать только как декоративные, а не конструктивные элементы. Строить мораль на научных теориях значит строить на песке (сегодня они одни - завтра другие), да и Церковь сформировала свою практику в далекие времена, когда еще не были открыты ни вирусы, ни бактерии. Единственный критерий, которым она руководствовалась при формировании своей практики, это приемлемость конечных результатов: как правило, при нормальных условиях все было хорошо и даже лучше, чем при ранее отвергнутых формах практики. Ну не выглядят верующие более болезненными, чем неверующие!
Мы настаиваем на том, что причащаться не только нужно, но и можно! Боязнь заражения при нормальных условиях не должна служить причиной отказа от причастия. Но если человек для себя решил, что риски, которые никто не в праве исключать полностью, «того не стоят», то, может, ему и в правду не время причащаться – значит, не так уж ему и хотелось, и не так уж и нужно ему было. С таким необходимо проводить «согласительные беседы» (не только ж перед Крещением и Венчанием это делать!), и работать над его мотивацией к Причастию. Иногда нужно просто обождать, пока такого человека «отпустит»: если человек захочет «иметь в себе Жизнь», то готов будет жрать землю под ногами при отсутствии других возможностей.

Кстати, и я мой собрат о. Максим всегда после причащения народа демонстративно и в режиме time-lapse облизываем лжицу. Сам Устав не обязывает нас вести себя таким образом, но лично я, прекрасно осознавая риски своего недостоинства, описанные в предыдущей главе, побуждаю себя на подобное поведение не псевдобогословскими представлениями о том, что «благодать убивает микробы», и даже не маловероятностью «осложнений» (священники причащаются намного чаще мирян и тем самым математически увеличивают дурную вероятность), а соображениями о пастырской пользе: это ободряет и поддерживает нерешительных. Ко мне не один раз подходили и благодарили за это: мол, это здорово им помогло преодолеть себя. Я живу верой в то, что – как говорят врачи при опасных назначениях – ожидаемый положительный эффект соразмерен предполагаемым рискам.

3. Теперь про риски «сверхобычного». Где риски имеются больше обычного (речь не о потенциально опасных организмах, о об особо опасных – таких как чума, холера, оспа, корь, краснуха, тиф, проказа всякая), духовенство имеет специальные инструкции (см. например, у Сильченкова, Булгакова) – вплоть до отдельного причащения запасными Дарами или причащения отдельной лжицей вне церковного помещения и собрания людей. У нас есть все основания считать ковид-19 очень опасной инфекцией, особенно для пенсионеров и людей с хроническими заболеваниями (огромной части наших прихожан). А раз так, то мы имеем все основания для того, чтобы предпринять неординарные меры обеспечения безопасности при совершении Причащения. Этого требует и соответствующие инструкции от Чиноначалия. И, конечно же, – идея благоговения перед Таинством. Отказ от неординарных мер по своей сути такой же, как отказ перед литургией вымыть руки после туалета и вычистить грязь из-под ногтей – «а навошта? Благодать же сама все продезинфицирует».

ИМХО, прихожане имеют права рассчитывать на то, что их пастыри отслеживают изменения в реальности, контактируют с ней и вариативно и даекватно реагируют на изменения обстановки, стараясь сделать храм самым безопасным местом на земле. Посему возмущенные ковид-диссидентством и «автокефализмом» своих настоятелей прихожане в праве обратиться за Таинствами на другой приход, где меры безопасности соблюдаются. Все же свободны, у нас нет крепостного права.
Тому, у кого вера такая же великая, как и их личное самомнение, не должны осуждать тех, кто звезд с неба не хватает и хочет обойтись без необязательных рисков. Это же нормально, что есть люди, которые хотят прыгать с парашютом и готовы платить за это, а есть те, что не хотят и готовы платить, чтоб не прыгать, правда?
А те христиане, которые любые меры считают недостаточными и пребывают в непреодолимом страхе, пусть утешают себя словами Иисуса Христа: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее; какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою?» (Мф.16:24-27). «Лучше для тебя,чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну» (Мф.5.29). «Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир». (Ин.16:33). Ну и вообще: «Мужайтесь, и да укрепляется сердце ваше, все надеющиеся на Господа!» (Пс.30:25).

Вирус в головах

Вирус в головах
---------------------------

Сейчас некоторые проповедники заявляют, что от Причастия, якобы, еще никто не заболел и не умер, и что профилактические меры в лучшем случае суть ерунда, а в худшем – неверие и хула на Святые Дары. Насколько они правы?

Писание – мерило правоты. Даже слова апостола Павла слушатели проверяли по Писанию, «точно ли это так» (Деян.17:11). Как говорится, доверяй, но проверяй. Давайте и мы откроем Священный Текст.

  • «Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. От того многие из вас немощны и больны и немало умирает. Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы». (1Кор.11:28-31)

Что мы имеем? Всякий человек хочет причаститься во спасение и исцеление души и тела. Но вот печаль, иногда бывает с точностью наоборот, в осуждение: в болезнь (очень часто) и даже в смерть (совсем нередко). Т.е., Причастие, с точки зрения Апостола, очень небезопасная «операция». Библия прямо опровергает указанные выше безответственные заявления некоторых проповедников. Все-таки кто-то да заболел и умер! В прямом смысле!

Такое понимание слов Апостола вполне созвучно и мнению известных толкователей:
"Посему у вас многие немощны и больны, — те, что поражены в телах своих, поелику дерзко приступили к Телу Христову, — и многие умерли, поелику без страха и трепета приступили к врачевству жизни" (преп. Ефрем Сирин).
"Многие в недоумении спрашивают друг друга: отчего происходят преждевременные смертные случаи, отчего продолжительные болезни? Причина многих, говорит он, из таких нечаянных бедствий заключается в грехах" (свт. Иоанн Златоуст)
"О сем Апостол сказал, как об исполнившемся на деле, ибо не решился бы писать о том, чего не было, зная, что это явная ложь" (блж. Феодорит Кирский).
"Доказательство сказанного возьмите из того, что происходит между вами. Ибо оттого и случаи безвременной смерти, и продолжительные болезни, что многие причащаются недостойно" (блж. Феофилакт Болгарский).

И давайте не забывать о самом известном негативном примере, об Иуде: "И после сего куска вошел в него сатана" (Ин.13:27).

Разумеется, в тексте Писания говорится о нравственном недостоинстве, как о причине наступления осложнений, под которыми нужно понимать не только духовные и душевные, но и вполне себе физические проблемы: реальные соматические диагнозы и очень даже телесную смерть. Если вы верите в «абсолютную безопасность» Причастия, то вы не верите в то, что являетесь первыми из грешников («от них же первый есмь аз») и, стало быть, врете Богу, своим братьям и сестрам, себе – когда читаете соответствующую молитву перед принятием Святых Христовых Тайн. Ведь нельзя считать себя первым грешником и чувствовать себя в полной безопасности, приступая к Чаше. Испытывать страх и трепет на всех трех уровнях организации человеческой природы (дух-душа-тело) – это норма, определяющие и предполагающие все виды осторожности. Приближение к Престолу и Святым Дарам – это не приближение к трактору, на котором вы проездили двадцать лет и о котором все знаете, а посему ко всему готовы и ничего не боитесь. И в Ветхом Завете идея очищения и подготовки священников к служению среди прочего подразумевало культивацию возвращения к осознанию, что «если не дай Бог что, то может та-а-а-ак долбануть…»…
Испытывать себя надо – а значит, среди прочего, меньше выпендриваться и воображать о себе. Если вы до сих пор живы, то совсем не факт, что по причине того, что Причастие «безопасно», или что ваша вера – просто космос. Святые Дары – это Огнь Поядающий, и вы до сих пор целы, вероятно, только потому, что милостивый Господь по молитвам ваших ангелов опять сказал «не сегодня».

Но какими могут быть эмпирические обстоятельства этой болезни и смерти, наступающей в результате недостойного причащения? Под грешником разверзнется ад? Или на него прольется серный дождь? А может шарахнет молния Божественного гнева? Да, все перечисленное не исключено, но таковое бывает крайне редко или не так часто, как того требует предупреждение ап. Павла. Вряд ли в свидетельстве о смерти в качестве причины гибели грешника будет указано «недостойное причастие». Думаю, что в 99,999% случаев будет указано нечто, выглядящее вполне себе естественно: несчастный случай на производстве, автокатастрофа, насилие, инфаркт, инсульт… И вполне возможно, что спусковой механизм смерти запустится… какой-то вирусной или бактериальной инфекцией.

Итак, говорить о том, что от причастия еще никто не умер, может только тот, кто не внимательно читал Писание или… доказал, что при недостойном причастии умирают от каких угодно причин, но не от инфекций, или, что всякая инфекция имеет какую угодно причину, но не связанную с недостойным причастием, а если и связанную, то ни в коем случае не с инфицированием во время самого причастия. Можно ли это доказать? Думаю, что нет. Для этого одной веры недостаточно – для этого нужны клинические данные, поскольку, относясь к сфере практики, опыта, чувственных физических свойств материальной природы, разбираемая нами тема не является и не должна являться вопросом веры, понимаемой как следование должному и обязательному учению!

Верить в Евхаристию, это значит верить в Преложение - в то, что под видом хлеба и вина мы приобщаемся Истинного Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа. Несущественные в христологическом отношении признаки хлеба и вина, так называемые акциденции (внешний вид, масса, плотность, вкус и прочие физические свойства), сохраняются и после Преложения, хотя по сущности это уже не хлеб и вино, а Истинные Тело и Кровь Господа. Среди сохранившихся акциденций остается и такой физический параметр вина и хлеба, как способность портиться и плесневеть, что уже исчерпывающе доказывает микробиологическую нестирильность Даров, которых мы приобщаемся вместе доступными для чувственного восприятия свойствами материального субстрата Таинства.
При причастии можно заразиться. На основании этого банального факта, знание о котором утеряно для многих ввиду исчезновения из нашего быта таких понятий как мор и качественное образование (за ненадобностью), и строятся рекомендации по причащению опасных заразных больных в различных «указаниях» и «настольных книгах священнослужителей», которые в семинарии можно было бы хотя бы пролистать. В принципе в любой момент не поздно озадачиться вопросом: как в прошлом незараженные причащали зараженных чумой, проказой, холерой и пр. Да, с точки зрения современных представлений о профилактике, многие эти меры кажутся наивными, но стоит учесть, что они были сформированы, когда люди еще ничего не знали ни о вирусах, ни о бактериях.

Даже если вы не готовы размышлять на тему всяких там акциденций и «опасности» Причащения, то подумайте не о свойствах евхаристического хлеба и вина, а о свойстве соплей и слюней – о том, что не само Таинство, а просто люди, участвующие в таинствах, сохраняют свою опасность для окружающих, если обладают таковой. Нигде ни в одном учебнике по догматике не сказано, что нужно верить в пресуществление слюней или и в то, что чьи-то сопли перестают быть соплями, а если не перестают, то теряют свои свойства. Дезинфицируя лжицу, мы не маловерие в таинство проявляем, поскольку не пытаемся тем самым «доделать» таинство и не думаем, что оно без этого недействительно. Мы просто проявляем свое знание о соплях и слюнях – о рисках, сопряженных с тем, что кроме Тела и Крови в Чаше могут оказаться посторонние организмы в количествах и качествах, отличных от «обычного» и приемлемого. Вы ж признаете, что в чашу может упасть муха? Почему тогда в нее не может попасть вирус ковид-19? Потому что его наличие проще отрицать?

Да и причастники в своем большинстве являются только лишь неосведомленными людьми, а не титанами веры, по которой изменяются естества уставы: отравленное становится безопасным, а нестирильное – стерильным. Не судите по себе, не все успевают за вашей святостью. Требовать такой веры от ближнего как чего-то обязательного значит злоупотреблять своими духовными полномочиями.
Будьте снисходительными, не выдумывайте, не борзитесь и внимательно читайте соответствующие инструкции Чиноначалия. Уверен, там, где инструкции могут быть технически выполнимы, они должны быть соблюдены. Наглое упорство может обернуть не только ненужными проблемами со здоровьем прихожан, но и… просто тем, что власти закроют церкви. Будете злобно сидеть дома на Пасху и дальше упрямо повторять для своих единомышленников: «Лжица – стерильна!». А они такие вам в ответ: «Воистину стерильна!»

Продолжение следует. В следующем скетче я расскажу, почему, все же, НУЖНО причащаться. Не болейте и сохраните себя до Пасхи.

Наказание Бога?

«Является ли коронавирус Божьей карой за человеческие грехи? Отвечают батюшки, ксендз, пастор, раввин и имам».
Вот перевод на русский моего ответа на вопрос "Нашей Нивы".

-----------------------
Неверно от идеи всеобщей вины, которая является причиной несчастья, переходить установлению личной вины ближнего. Думаю, будет правильным каждому оставить на усмотрение его собственной совести, чем является для него эта эпидемия.

Библия называет некоторые несчастья наказанием Бога, грех – причина страдания. Но подобной лексикой нужно пользоваться очень осторожно и четко понимать, что существуют такие ситуации страдания, которые лучше объяснять, используя другие образы и идеи.

Например. Мама запрещает ребенку трогать горячий утюг – будет вава», но тот однажды все же дотрагивается до раскаленного металла и получает ожог. Можно ли назвать полученную травму малыша маминым наказанием? Нет. Бог тоже дает человеку заповеди и предупреждает, что в случае нарушения их он «смертью умрет». Человек нарушает волю Бога, и как результат: боль, отчаянье и смерть.

Бог не сотворил зла. В первозданном мире не было болезней и смерти. Они появились как следствие человеческого греха, как результат злоупотребления свободой. Но человек – это венец творения. Поэтому деградирует человек – изменяется и природа. Сто лет назад не было этого коронавируса, правда? Но он появился. Его не Бог создал таким. Наверняка, возможность его появления обусловлена антропогенными факторами. Может это странно прозвучит из уст священника, но не всегда нужно приплетать «идею Бога» – особенно для того, чтобы переложить на Него ответственность.

Вирусы – это такая особая форма жизни, интересы которой находятся в пересечении с интересами жизни человека. Противоречия отношений человека с Богом неминуемо оборачиваются противоречием отношений человека с природой, у которой своя жизнь и свои интересы. Как и у человека, собственно, который постоянно тянется к «утюгу».
Но призыв к покаянию, к поиску Бога и Его Правды - это «самое то», о чем нам нужно думать в первую очередь. И про помощь и безопасность друг друга.

На руках возьмут тя

Уже услышал в некоторых проповедях: если мы верующие, то нам вирус не страшен. Ну, что я могу сказать, друзья? Если мы верующие, то нам на самом деле нечего бояться – даже смерти. Но это не означает, что ее, смерти, нет (в биологическом смысле). И верно так же и то, что из того, что ты ничего не боишься, не следует с необходимостью, что ты силен верой. Может, ты просто слаб умом…

Господи ж Ты Боже мой, они еще аллюзию на соответствующее место у евангелиста Марка употребляют: мол, верующий даже если смертоносное что-нибудь выпьет, то ему не повредит. Аминь! С теми, о ком говорил Христос, именно так и было. Но про тебя ли написано в этом месте Писания? Это легко проверить! Сначала нужно прочитать стих полностью: «Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы» (Мк.16:17-18). Перед тем, как выпить йаду и делать ути-пути кобре, можно испытать себя по другим, более безопасным пунктикам.
Да и много чего написано в Писании про верующих, в том числе: «Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею», но про это не так давно уже напоминал более авторитетный оратор.

В западной иконографии распространено изображения дьявола, искушающего Христа в пустыне, в образе старца в монашеском одеянии. Почему в таком виде - понятно, но почему только на Западе - нет.


На иллюстрации: "Искушение Христа" -- Сандро Боттичелли, 1482 г., фрагмент. Сикстинская капелла, Ватикан.


Рrofession de foi

Еще недавно в ФБ все были экономистами и финансовыми аналитиками. Сейчас – куда ни глянь, одни вирусологи и эпидемологи. Ну, и ладно. Всем интересно – все и говорят…
Но, вдруг в новостях начинает мельтешить еще одна профессиональная группа – духовенство, которая в условиях сложившейся ситуации, как и врачи, делает то, что от нее ожидается согласно ее profession de foi: не своим “компетентным мнением” делится в бложиках, не визжит про то, что все пропало, а… молится! Молится, Карл! Врачи - лечат, духовенство - молится. Дровосеки - рубят. Летчики - летают... Так и должно быть в неиспорченном мире, вроде бы, но нет.

Казалось бы, ну, пролетел митрополит со святой водой над Минском. Ну, собрались представители разных конфессий на совместную молитву… И что? Но не же: появляются гении рациональности, которые начинают вопрошать в стиле “И чё? Помогло?”. Притом делается это так, словно им за всю историю человечества первым в голову пришла гениальная идея озадачиться связью между религиозным опытом и реальностью, а они сами все из себя такие умные, что капец. А почему нет? Если все разбираются в коронавирусе, то чего б так же массово не разбираться в религиоведении и философии религии?.. И другие молчаливые лайкатели сразу тут как тут: типа, “какой умный, как глубоко спросил! Вот тебе лайк!Шах и мат вам, мракобесы! ”.

Во-первых. Да, ПОМОГАЕТ! Молитва, ритуалы, процессии содействуют сплоченности, мотивируют на борьбу с упадническими настроениями, снимают тревожность и панические настроения среди верующих, культивирует волю на преодоление и пр. Не вдаваясь в метафизику, так сказать. Это во-первых.
А во-вторых… Некоторым точно не помогает и не поможет – тут уж как есть. Им одно и останется только: писать свои предельно умные комментарии и ждать, пока кто-то поинтересуется уже у них: “Ну как, дружище, за все человечество не спрашиваю, но тебе хоть самому полегчало?”.

Постное молоко

Мое интервью для газеты "Воскресение"



В поисках "чистого молока"

  • Протоиерей Сергий Лепин — председатель Синодального информационного отдела Белорусской Православной Церкви, доктор теологии, настоятель Свято Преображенского храма в г. Ракове, в беседе с главным редактором газеты «Воскресение» поделился своими взглядами на место Церкви в современном обществе и ее отношение к социальным вызовам.

— Отец Сергий, как Вы оцениваете распространенное мнение, что авторитет Церкви в обществе падает?
— Всякий вопрос имеет объективную и субъективную стороны. Церковь пользуется большим влиянием в обществе. Ее проникновение в какие-то более сложные информационные пласты вызывает противодействие. Это также, как в физике: действие вызывает противодействие. Были б маленькие, никуда б не лезли, информационных поводов бы не давали, были бы «хорошими». Но и в Церкви тех, кого называют ньюсмейкерами, становится больше и больше тех, кто готов давать больше информационного противодействия.
Мы — Церковь большинства. Периодически анализируя в отделе доступную нам прессу разных стран, можем сделать вывод — конфессиональному большинству всегда достается больше всего критики. Люди охотнее будут симпатизировать вторым, третьим, а иногда и последним позициям. Шишки, которые достаются у нас РПЦ, БПЦ – в других странах достаются Костелу. В Польше, например, к православным нет претензий – и машины у них поскромнее, и епископы похудее.
Но мы — представители Церкви — делаем много глупостей, это надо признать. Необдуманных шагов, громких заявлений. А во времена распространения культуры гиперссылок, цитатников, эта информация моментально распространяется, попадает к тем, кто не искал ее, кто вообще не хочет читать ничего о Церкви, и это вызывает негатив. Ну, например, смотрит свою ленту суровый неверующий сталелитейщик, которому не выплатили зарплату, и тут вдруг появляется новость с портретом патриарха или митрополита, и она так призывающе открыта для комментариев…

— Определенные силы активно продвигают идею, что православные в Беларуси — агенты российского политического влияния, что мы —несамостоятельная Церковь и вредны для самостоятельного государства.
— Для многих мы — кукла на которой можно выместить свое политическое бессилие. Они не могут выразить свой негатив, критицизм в отношении власти, госструктур напрямую — по ряду причин. Да и министр не будет тебе отвечать в комментариях, правда? Но в качестве замещения можно адресовать негатив религиозному большинству, которое по умолчанию ассоциируется с некой приближенностью к власти, с аффилированностью ею в каком-то надуманном, но самом плохом смысле. И глядишь, тебе кто-нибудь из верующих или называющих себя таковым тебе ответит: и, возможно, не менее эмоционально. А если еще тебе кто-то «лайков» наставит… Так и создается лжедиалог и грустная иллюзия собственной значимости.
Но если прямо и про российское влияние. В самом деле, мы, если очень постараемся, можем найти священников, у которых в голове, если судить по их сетевой активности, достижения политиков соседних государств занимают больше внимания, чем задачи благовестия. С одной стороны, как граждане, имеют право, с другой стороны и как священники… Мы с этим работаем, в общем. И я бы не стал преувеличивать значение этой категории священослужителей. По большей части обвинения в пророссийском влиянии ни на чем не основаны.

— Можно ли сказать, что пропорции людей пророссийских и прозападных взглядов среди священства примерно такие же, как вообще среди населения Беларуси?
— Можно, но я бы сказал, что примерно 99% священства вообще далеки от политики. Все их время занимают такие вопросы, как венчание, крещение, пожертвования, епархиальные отчеты, стройка, кирпич, огороды, покупка нового пальто для жены и велосипеда ребенку. Есть интересующиеся футболом, еще чем-то, кто-то обсуждает моду, кто-то читает политические новости — но тут не нужно нагнетать и лучше по каждому отдельному случаю говорить отдельно.
Есть те, кто до сих пор живут в СССР, или в Российской Империи, есть ориентированные на Запад или вообще предпочитающие внутреннюю иммиграцию. Немало просто «тутэйших». У священника может и наверняка должна быть своя гражданская позиция. Но епархиальные власти ориентируют духовенство на неучастие в активной политической жизни. Политические взгляды священника не должны быть причиной разногласий среди его паствы. Уверен, возможно такое обобщение: в целом Церковь осознает себя в качестве хранителя белорусской духовной культуры и ее ценностей, для нас важны независимость страны и благосостояние граждан, которыми мы являемся вместе с верующими других конфессий.

— Но ведь в последние годы и в церковной среде усилилось расслоение по политическим взглядам?
— Ситуация в Украине оказала на нас очень большое влияние. Даже в семьях появились политические разногласия, и это определенным образом изменило и неформальные, неофициальные отношения внутри Церкви. Не сказал бы что уж очень, но раз уж вы спросили… Обсуждение определенных тем некоторыми стало восприниматься как нечто опасное. Многие открыли для себя принцип невмешательства в политику не как внешнее требование, а уже как личную заинтересованность: давайте лучше говорить о Христе, о Евангелии и целее будем. Но появились и свои забияки, которые интенсифицировали поиски «бандеровцев», «тайных униатов» и прочив врагов «русского мира».

— Вам не раз доводилось «получать» и слева, и справа. Из последних ярких примеров помнится целый ряд отвратительных публикаций в крайне правых российских СМИ за Ваше выступление на Дне воли — Вас обвиняли в пристрастии к белорусскому национализму. А потом после перезахоронения Калиновского и его соратников Вы высказались об антиправославной политике повстанцев, и тут же стали врагом для националистических кругов. Как Вы это переживаете?
— Всякое бывает. Лично я не принадлежу ни к какой политической группе и не потому, что нельзя, а потому, что мне есть что сказать каждой из них – и в осуждение, и в одобрение. На май у меня запланировано выступление в братстве Покровского прихода, которое, если вы помните, проводило «муравьевскую» конференцию и отличается своими «охранительными» взглядами. Зовут про-ЛГБТшные силы – я иду. Позовут коммунисты – я пойду к коммунистам. Мне есть, что сказать всем, ну или почти всем! Я стараюсь во всех видеть реальных или потенциальных христиан и… сограждан. И я вижу одну очень большую проблему нашего общества: линию демаркации между различными политическими взглядами некоторые силы пытаются превратить в границы между врагами и своими, белорусами и зергами. Это очень опасно: такая линия может превратиться в линию фронта гражданской войны и этого допускать нельзя. Мы все разные, но мы белорусы.

— Накануне нашей с Вами встречи в Минске прошла пресс-конференция, которая уже вызвала большой шум. Свыше 50 тысяч верующих — католиков и православных — подписались под петицией к руководству страны о введении наказания за пропаганду ЛГТБ связей и иные шаги, разрушающие традиционные семейные ценности. Вы не подписали эту петицию. Почему?
— Во-первых, я никогда не подписываюсь против чего-то и кого-то. Я подписываюсь только за. Во-вторых, даже правильные цели требуют правильной реализации. Мне очень понятна настороженность здоровой части общества тем, что размываются понятие семьи, понятия добра и зла, полового диморфизма. Мы, технически, пытаемся что-то сделать своими силами, у нас не получается — идем к власти. Мы пытаемся «завести крокодилов, которые будут кусать только плохих парней», но так не бывает.
В Европе ситуация с этими вопросами выглядит критической: «либо мы их, либо они нас». Но такая ситуация выстраивалась и нами — представителями христианских церквей. Если грех давить политическими и административными ресурсами, то апологеты греха со временем сами превращаются в политическую силу, в некую социальную группу со своими интересами, целями и задачами. Реверсируя направленные против них энергии, они вырабатывают собственную идеологию, методы противодействия и вступают в борьбу за власть – то, что изначально было им и не нужно. А там уже вопрос времени и вероятности… Это мы сделали порок политической силой. Этот, по сути, «большевистский» подход выработала Церковь: мы правы, потому что нас больше. Но больше ли?
Однажды выяснится, что большинство уже не мы. И тогда этой же машине, разведенным нами же крокодилам начнут скармливать нас. В Европах это уже не редкость и там очень легко огрести за «гомофобные» цитаты из Библии и за пропаганду традиционной семьи.
Разумеется, ЛГБТ-идеология несовместима с христианством, но не нужно думать, что расхожая в народе гомофобия и есть именно то самое традиционное представление о семье, любви и верности, о котором мы так часто говорим. Не обольщайтесь. Вы легко соберете «крестный поход» против гомосексуалистов, но попробуйте поднять массы за поддержу целомудрия, супружеской верности и осуждения «свободных отношений», абортов, суррогатного материнства – вы столкнетесь с резким неприятием и обвинением в клерикализме. Собрать подписи против ЛГБТ легко, но попробуйте собрать их в поддержку увеличения влияния Церкви в вопросах семейной политики, охраны материнства и детства. Я не уверен, что все наши христианские ценности в том виде, в котором их понимаем мы, ценны для сегодняшнего общества. Массовость народной поддержки во много обусловлена неясностью используемой терминологии.
Когда мы говорим, что однополые связи — плохо (а это действительно плохо!), мы должны понимать, что напрягаем те же «мышцы» души, которые работают при осуждении любых сексуальных грехов: секс до брака, вне брака, после него. Гомосексуалисты и блудники нарушают одну и ту же заповедь — о телесной чистоте. Когда мы цитируем, слова апостола Павла (1Кор.6:9-10), в которых говорится, что гомосексуалисты Царства Божия не наследуют, то мы должны быть готовы продолжить весь ряд перечисленных апостолом грешников, которые не спасутся. И там речь идет о просто блудниках и прелюбодеях плюс, согласно некоторым толкованиям, и об онанистах. Сказали «а» – говоите и «б». Требовали «уголовку» за пропаганду «а» – теперь требуйте и за «б». И кстати, там еще о злоречивых говорится… Некоторые с легкостью потребуют и избиения камнями всех, но вот только кто их поддержит? Большинству, даже из тех, кто подписал петицию, такое неприемлемо. И я тоже не поддержу и совсем не потому, что я за грех. Я просто против некоторых методов борьбы.

— А как быть, например, с гей-парадами?
— Мне сложно в двух словах представить свою картину как непротиворечивую. Я признаю за гомосексуалистами право на собрания, ровно как и на другие конституционные права. В этих правах им не отказывает наше государство. Парады – это что-то другое. Гей-парады должны вызывать те же эмоции у традиционных христиан, что и парад Победы - у ветеранов Ваффен-СС. В этих парадах изначально содержалась идея торжества. Это торжество над обществом, чью мораль они, якобы, победили. Гей-парад стал своего рода «вишенкой» на торте разложения «традиционной морали». Символической высотой, в достижении которой нет практического значения. Ну, и я против парадов еще и потому, что это нисколько не способствует культивации толерантности. Желающих «запретить» ЛГБТ от подобных провокаций появится только больше. Это форма нагнетания социальных противоречий и самой гомофобии.

— А как с пропагандой ЛГТБ-ценностей среди школьников?
— В школе не должно быть никакой секс-пропаганды, ни однополой, ну двуполой. Я не говорю о знаниях биологии. В принципе, любое воспитание неминуемо обращено к детям, которые с неизбежностью являются мальчиками или девочками. Они носят разную форму, их имена отличаются, у них разные раздевалки. Мы всегда воспитываем не абстрактного человека, а конкретного мальчика или девочку. Когда мы говорим «Ты же мужчина, прекрати плакать», или «ты же девочка, причешись» — это уже начало сексуального воспитания в некотором смысле. Но мы же – о другом. Есть неуместные для школы вещи. Я бы не хотел, чтобы в школе говорили, что гомосексуализм — это норма, или чтобы детям рассказывали о способах и пользительности онанизма. Но есть и другая сторона вопроса. Если один мальчик избил другого за то, что тот, якобы, «не такой», то разве не должен учитель объяснить задире, что так нельзя? Разве учитель не имеет права сказать, что «не такой» мальчик тоже человек, которого нельзя оскорблять, унижать, бить, травить?

— Вам по долгу службы приходится находить общий язык с журналистами самых разных убеждений. Что чаще всего интересует собеседников?
— Чаще всего их интересует наша позиция по разным социальным, политическим вопросам. К сожалению. Увы, христианство с сущностной стороны вопроса им почти не интересно. Ну, могут спросит о том, как правильно красить яйца, что есть в пост и когда освящать куличи и прочее в этом духе. Но в этом виноваты, опять же, все мы и я лично. Сербский патриарх Павел как-то говорил: «Не учи людей жить по твоей вере – живи так, чтобы люди сами захотели тебя о ней спросить. Вот, не хотят...
Апостол Петр призывал христиан возлюбить «чистое словесное молоко» (1Пет.2:2) — Слово Божие. Но вот беда, так же, как не все люди имеют способность перерабатывать чистое коровье молоко, так и не все могут воспринимать чистое молоко в духовном смысле. Первые могут употреблять молоко в ферментированном, а вторые – в разбавленном виде: изобразительным искусством, пением, архитектурой, философией, психологией, туризмом, патриотизмом, спортом, «тусовкой»… Это в некотором смысле неизбежность. Но иногда Слово Божие разбавляется так, что это уже не оно – так, напиток, похожий по цвету… Апостол говорит а) о любви и б) именно к чистому молоку. Мы должны в динамике своего духовного развития увеличивать степень переносимости молока, а не наращивать способность насыщаться добавками и так называемыми «молочными продуктами»...